Антон отхлебнул остывший кофе и уставился в монитор. За окнами Центра обработки данных (ЦОД) было серое утро, в чате «Супервайзеры» — привычный гул. Смена началась с того, что он принял «черную папку» — кипу бумаг, где отчеты перемежались с невыполненными обещаниями.
— Антон, ну что там с суммами? — сообщение от Елены Сергеевны пришло ровно в 09:03. — Почему контрольные суммы не сошлись? Говорят, вы всю ночь проверяли.
Антон поморщился. Они и впрямь проверяли всю ночь — релиз никак не хотел вставать на сервер, сервисы падали с 500-й ошибкой, а доступ к базе данных пропадал «по волшебству», как едко заметил Алексей Викторович.
— Елена Сергеевна, — напечатал он. — Суммы сошлись с первого раза через gostsum. Sha256 показывал расхождение, но это ожидаемо. Я отписался сразу.
— Зачем ты вообще использовал sha256? — последовал ответ. — В инструкции четко сказано про ГОСТ. Это заняло пять минут. Говорят, вы с семи утра до четырнадцати ничего не делали.
Антон почувствовал, как к горлу подступает глухая злость. «Говорят», «все видели», «вы вечно». Он бросил взгляд на другой чат, где его коллега Олег уже полчаса пытался доказать Роману Петровичу, что отразил все три проблемы в отчете.
— Роман, я указал все, — строчил Олег. — Хронология по каждой есть.
— Нет хронологии, — отрезал Роман Петрович. — И причина не раскрыта. Почему мы тестируем приклад почти сутки? Это недопустимо.
— Потому что мы делали это впервые, — ответил Олег. — И сервисы падали. У нас не было четырех инженеров из разработки, было два парня, которые тоже не спали.
Вместо ответа Роман Петрович сбросил в чат скриншот старой версии отчета Олега и прикрепил список из восьми пунктов, помеченных красным. «Вы не знаете свою же работу» — повисло в воздухе невысказанное, но очевидное.
Антон вернулся к своему диалогу. Елена Сергеевна тем временем развивала атаку.
— Антон, ты сам говорил, что кнопка появилась. Зачем тогда пересобирали сервис?
— Потому что заказчик и начальник дежурной смены (НДС) сказали откатить обратно, — ответил Антон, чувствуя себя зайцем, который бежит по кругу, а его вечно нагоняют сзади.
— Покажите фактуру, что вы не спали, — написала Елена Сергеевна. — Дайте хронологию. Где распределение задач? Где доказательства, что вы использовали ресурсы эффективно?
Антон выдохнул. Фактуру. Им нужна была не фактура — им нужен был виноватый. Он посмотрел на список смены: десять человек в Центре обработки данных (ЦОД), трое в удаленном офисе, двое на площадке. Но отвечал за все — почему-то он. За ошибки военных, которые не сняли заглушку. За кластер, который никто не настраивал. За «волшебное» исчезновение доступа к базе данных. И за то, что НДС — начальник дежурной смены — постоянно менял правила на ходу.
— Мы просто делаем свою работу, — написал он в чат. — И отчитываемся. А вместо помощи — постоянные вопросы, почему не так, не эдак.
— Это и есть ваша работа, — почти мгновенно прилетело от Алексея Викторовича, который до этого молчал. — Организовывать информирование и решать. Если вы не знаете, как решить проблему — звоните. Если не дозвонились — значит, плохо искали.
«Connection refused», — подумал Антон. Точно как у них на сервере.
— Предлагаю создать бота, — вяло написал Роман Петрович в общий чат. — Чтобы рассылал статусы по всем каналам.
«Это мелочи», — хотел ответить Антон. Но не стал. Мелочи или нет, но любой робот был честнее этой игры, где правда тонула в потоке «ты сам виноват», «так не бывает» и «вы ничего не делаете». Где НДС мог вчера разрешить, сегодня запретить, а завтра сделать вид, что запрета не было.
Он посмотрел на «черную папку», где лежали не подписанные начальником дежурной смены отчеты, вспомнил историю про сломанное кресло, которое нельзя было выбросить без трех служебных записок, и про модем, который все по ошибке пытались вставить не туда.
Закрыв мессенджер, Антон на минуту представил, как говорит Елене Сергеевне: «Вы манипулируете фактами. Вы перекладываете свою тревожность и незнание процессов на нашу усталость. Вы видите проблему не в системе, а в том, кто подвернулся под руку».
Но вместо этого он написал давно заученное:
— Принял. Доработаю. Отчет будет к вечеру.
Потому что в этой системе, где реальность переписывалась каждые пять минут новым сообщением, единственным способом выжить было соглашаться. И тихо ненавидеть.